Джайнизм

История принца Неминафа служит сильным библейским прецедентом в защиту животных. Увидев животных, запертых для пиршества на его свадьбе, принц был так потрясён их криками и страхом перед смертью, что отказался от царской жизни и стал монахом.

Осознание Неминафом того, что животные — наши «братья и сёстры» и имеют основное право на жизнь, остаётся сердцем джайнского веганства. Оно бросает вызов устоявшемуся мнению, будто животные — рабы или мясо для человеческого удовольствия.

Джайнские принципы, такие как апариграха (ненакопительство), предлагают важные решения климатического кризиса. Животноводство признаётся имеющим более сильное влияние на глобальное потепление, чем все виды транспорта вместе взятые.

Джайнская декларация о природе подчёркивает давнюю озабоченность традиции состоянием окружающей среды. Принимая веганскую диету, джайны уменьшают разрушение мест обитания и вымирание видов, выполняя свой долг по защите всех форм жизни.

Джайнизм основан на фундаментальном принципе ахимсы, или ненасилия, который служит высшим моральным ориентиром для всего поведения. Это учение представляет собой не просто пассивное избегание вреда, но активное обязательство всеобщей любящей доброты. Джайнская община признаёт, что вся жизнь взаимосвязана, что выражено в концепции «Параспаропаграхо Дживанам» — идее о том, что все души связаны между собой взаимной поддержкой и взаимозависимостью.

Хотя текстуальный авторитет не является единственной основой джайнской практики, огромный корпус письменных учений, песен и молитв постоянно подчёркивает, что люди не имеют права отнимать жизни других одушевлённых существ. Поскольку каждое живое существо обладает душой и стремлением к жизни, джайнский путь побуждает практикующих потреблять таким образом, чтобы причинять наименьший возможный вред окружающему миру.

Приверженность ахимсе распространяется не только на пищу, но и на одежду. Традиционно джайны избегают носить кожу, особенно при входе в храмы, поскольку она представляет собой кожу убитого животного. В последние годы эта практика расширилась и теперь включает отказ от шёлка, поскольку в процессе его производства гибнут шелкопряды.

Руководители общин и педагоги часто используют культурные представления и мастер-классы, чтобы объяснить детям вред, наносимый животным при производстве кожи и шёлка. Некоторые последователи даже делают шаг вперёд, покупая пояса и аксессуары из ненатуральной кожи, чтобы раздавать их, обеспечивая других членов своей общины доступными альтернативами, не требующими эксплуатации живых существ.

Переход к веганизму осуществляется разнообразной группой джайнских учёных, монахов и активистов. В Индии Муни Джи Шри Вихар Сагарджи Махарадж стал редким монашеским голосом, выступающим в пользу веганизма. На Западе организации, такие как Young Jains of America и JAINA, включили обучение веганизму в свои конвенции и программы для молодёжи, признавая, что современное животноводство создаёт новые этические вызовы, на которые традиционный лактовегетарианский образ жизни может не дать полного ответа.

Животноводческие приюты, управляемые джайнами, такие как Luvin’ Arms в Колорадо и различные птичьи больницы в Индии, служат живыми примерами ахимсы в действии. Эти учреждения не только предоставляют убежище животным, но и просвещают общественность о внутренней ценности каждой жизни, переводя общину от философии «не убивай» к философии активной защиты и заботы.